zagalovok_foruma_090509
Приложение к сайту -Ветераны войск ПВО системы С- 200 .

Копилка идей и мыслей

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Копилка идей и мыслей » Ветераны войск ПВО системы С- 200. » Размышления о службе ветерана войск ПВО Сергея Котельникова.


Размышления о службе ветерана войск ПВО Сергея Котельникова.

Сообщений 11 страница 20 из 28

11

11. Итак, сам «закон курятника» гласит: :mybb:

1. Сел на насест — стремись подняться выше.
2. Сидя на насесте, клюй ближнего, клади на
нижнего, не спускай глаз с верхнего.
3. Добрался до верхнего — столкни ближнего,
стремись достать первого — стать первым.

Таков наш жестокий жизненный закон, вы-
работанный и подтверждённый жизнью. Но ведь
нам-то в последнее время пропагандируют прин-
ципы жизни по книгам Дейла Карнеги, восхищаясь
при этом всем западным цивилизованным миром.
Умные мысли у него, конечно, есть, но очень мно-
гое — не для нашей российской действительности. :writing:

12

Размышления о службе_ Сергей Котельников. :mybb:

1.Ах, зачем и почему
Я приехал в КРТУ?
Ах, зачем решил я стать
Офицером, твою мать?..
И зачем мне тот подъём
В сорок пять секунд, бегом,
Марш-бросок, шинель, «кирза»,
С утра до ночи муштра?..

А начну я свои размышления, порою, может, и
спорные, с самого начала своей жизни и службы,
с самых юных курсантских лет, когда это всё на-
чалось.

С началом курсантской жизни беззаботно мы
напевали подобные песенки, наскоро сочинённые
тут же нами, и мной в том числе. При этом все мы,
пройдя вступительные экзамены, строгий отбор
мандатной комиссии, были твёрдо убеждены в вы-
боре профессии и судьбы, хотя нам было сказано,
что училище войск ПВО страны готовит прежде
всего офицеров, командиров, воспитателей сво-
их будущих подчинённых, а уже радиотехников,
специалистов — в процессе обучения.
О себе могу сказать, что мне этот выбор до-
стался очень тяжело. А это и наряды вне очереди
на работу и службу (был такой метод наказания
и воспитания), и стёртые в кровь ноги от сапог и
плохо навёрнутых портянок на кроссах и марш-
бросках, ночное мытьё полов, уборка умываль-
ников, туалетов, хождение часами строевым по
плацу, зубрёжка уставов Советской армии.
Были и, как нам казалось, сержанты-изуверы,
приводившие в действие армейские принципы: «не
хочешь — заставим, не умеешь — научим», или
самый главный, показательный — «делай как я».
Мне и моим товарищам очень повезло: коман-
диром курсантской роты у нас был один из лучших
строевиков, спортсменов-офицеров училища, май-

13

2. ор Щербаков, окончивший наше училище с отличи-
ем и занесённый на доску почёта. Только с годами
мы осознали значимость, терпение и умение наших
учителей, начальников, командиров. А в то далёкое
уже время я, придя в военное училище, вряд ли по-
нимал это. Тем более что пришёл я деревенским
пареньком, который никогда не занимался спор-
том. И это было очень заметно. Мне очень тяжело
давались кроссы, бег, физические упражнения,
гимнастика. Нет, надо мной не смеялись товари-
щи — скорее, жалели и всячески старались помочь.
  Случались, конечно, выпады, один из кото-
рых для меня чуть не закончился трагедией. У нас
в казарме располагались в отведённых местах
перекладины, спортивный инвентарь. Всё это
использовалось нами не только для занятий, но и
для шутовских развлечений в свободное время.
Так, скажем, боксёры выбирали для себя «живую
грушу» для спарринга, борцы — «мешок» для со-
стязаний, или, как мы это называли, истязаний.
Ведь победить спортсмена-разрядника невозмож-
но, можно только сопротивляться ему. Хотя они
никогда нас не избивали, а, как говорили сами,
учили спортивному мастерству.
  Вот так был выбран и я «мешком» для сержан-
та Виноградова, отслужившего в армии срочную
службу и поступившего из войск в военное учи-
лище. Спортсменом в то время он был уже непло-
хим, имел спортивные разряды по борьбе и лёгкой
атлетике и взялся учить меня борьбе, чему я очень
противился. А скажите, кому же понравится летать
из угла в угол «мешком», всякий раз попадая на
спортивные приёмы?

14

3. Однажды, раззадоренный толпой зрителей, он,
не обращая внимания на мои просьбы прекратить
борьбу, попался на мой удушающий локте-плече-
вой захват, который едва не стоил ему жизни. До
сих пор не знаю, как так произошло, что явилось
причиной — страх, ярость или ещё какие-то мо-
тивы, но отпускать я его не хотел, даже когда нас
разнимали товарищи.
Позднее я стал серьёзно заниматься спортом,
преуспевал в гиревом спорте, силовых упражнениям
на перекладине. Но это был первый курс, всё было
квалифицировано как драка с сержантом, и мне
грозило отчисление из училища. Всё обошлось лишь
дисциплинарным взысканием благодаря вмешатель-
ству начальника политического отдела полковника
Котолевского, который внимательно выслушал мои
наивные искренние объяснения и понял моё страст-
ное желание учиться, быть офицером. И я никогда не
сожалел о своём выборе. Уже гораздо позже прочёл
стихи и запомнил их, кажется, на всю жизнь:

Я думал, дверь открыв с волненьем,
Что строг районный военком,
Ведь до него ни с кем военным
В ту пору не был я знаком.
И потому, наверно, кепку
Смущённо мял, а комиссар,
Привстав, пожал мне руку крепко
И по-отечески сказал:
— Ты не ищи в судьбе армейской,
Скажу заранее, сынок,
Ни меди пуговичной блеска,
Ни скрипа хромовых сапог,
Ни лёгкой жизни залихватской —
Иная жизнь солдата ждёт:

15

4. И дни, и ночи напролёт —
Суровый быт да труд солдатский…
По воле долга в мир огромный
Входя безусым пареньком,
Я крепко-накрепко запомнил
Совет, что дал мне военком,
И жизнь связал с судьбой армейской,
С её дорогами тревог
Не из-за пряжечного блеска
И скрипа хромовых сапог,
Не ради славы и почёта,
А потому, что для страны
Нужна солдатская работа,
Пока витает тень войны.
И если б способом чудесным
Мне удалось года вернуть,
Я б снова, как поётся в песне,
Не медля, выбрал тот же путь.

(Алексей Верховцев)

  Читая строки этого стихотворения, даже по
прошествии многих лет я могу смело сказать, что
определил свою судьбу и жизнь, связав её с арми-
ей, не сожалея о своём выборе. Да, мне пришлось
многое постигать с большим трудом, как говорится,
на собственной шкуре.
  Многое ещё можно припомнить из тех далёких
уже лет, о многом рассказать. Но не буду слишком
назойлив, продолжу далее.

16

5. ли я не хватить лиха, поступив в военное училище
деревенским пареньком, у которого не было ни
спортивных разрядов, ни хорошей общефизиче-
ской подготовки, но который в избытке обладал из-
рядной прямотой и строптивостью? Ведь я только со
временем познал, не боюсь повториться, основные
армейские принципы: «не хочешь — заставим, не
умеешь — научим», «делай как я», «исполняй то,
что сказано», «инициатива наказуема, дурная —
вдвойне», «проявил инициативу — исполняй».
А ведь сержанты у нас были подобраны из
числа послуживших в войсках и поступивших для
обучения в военное училище, так что поблажек они
нам не делали. А мне от них особенно доставалось:
и за плохую физическую подготовку, и за невы-
полненные различные нормативы, грубость и пре-
рекания,— многое к чему в армии предъявляются
определённые требования. Поэтому приходилось
по ночам вместо сна наводить порядок в казарме,
отрабатывая внеочередные наряды на работу,
нести службу в суточном наряде. Приходилось
стойко переносить дополнительные индивидуаль-
ные занятия физической, строевой подготовкой и
другими дисциплинами. А если ещё и вспомнить
основной принцип воспитания — через коллектив,
то можно себе представить, что это такое.
Скажем, проведение кросса или марш-броска
с зачётом по последнему, где меня и ещё кого-то
тащили по очереди товарищи в пристяжку на рем-
нях, при этом подбадривая для скорости «лестным
ласковым словом», изредка — тумаками сзади, пока
не научился бегать и укладываться в норматив. Всё
это было: были и в кровь сорванные мозоли на но-

17

6. гах, и бессонные ночи, и ненужная никому работа, и
убедительное воздействие товарищей, которым не
хотелось из-за кого-то быть последними, излишне
занимать свободное время спортивно-массовыми
мероприятиями, строевой подготовкой, общево-
инскими уставами. Всё было прожито. И как это
назвать — «дедовщиной»? Только в каком понятии,
в каком измерении? Я даже написал — может, не
совсем удачно,— следующие строки:

Чтоб «служба медом не казалась»,
Наряды объявлял нам старшина.
А мы по-детски обижались:
Дождёмся выпуск, старшина!
Смеялся он: дожить бы
До тех счастливых светлых дней…
Настанет время — мы взрослеем.
Затянем крепко портупеи
И офицерскою коробкой —
Ровней ряды, шагай бодрей…
Уже забудем про обиды
Тех давних лет и старшину,
Уже не вспомним, как хотелось
Устроить «тёмную» ему,
Как нам хотелось на сержантах
Свой гнев и злость сполна сорвать,
Как три долгих года мы будем ждать,
Мы будем ждать свой выпуск
И приказ, который министр должен
        подписать…

18

7. в армию, там из тебя сделают человека, научат
жизни». На что молодёжь зачастую отвечала: «Ар-
мия — хорошая школа, но лучше пройти её заочно».
И ведь учили, делали из «маменькиных сыноч-
ков», хулиганов и разгильдяев нормальных, подго-
товленных к жизни, ответственных за коллектив
и свои поступки, работящих и деловых людей. Из
армии солдаты всегда приходили повзрослевши-
ми, серьёзными людьми. И это было заметно по
их поступкам, отношению к работе и учёбе, окру-
жающим их людям. Молодой человек становился
сам по себе лучше, ответственней и даже красивей
собой. Но позволю эту мысль продолжить стихом
Ивана Пиняева:

Человеку надо быть красивым,
Но не только росчерком бровей.
Надо, чтоб сверкали переливы
Самоцветов и в душе твоей.
Человек не птица в зоопарке,
Что лишь опереньем хороша.
Главное в нём — это без помарки,
Звонкая, поющая душа.

Нет, конечно, нельзя говорить об армии как об
идеальной кузнице кадров и воспитательной шко-
ле. И в армии так же были, есть и будут нарушители
воинской дисциплины. Случалось и нам попадать
в нарушители, были и у нас самоволки, пьянки,
драки и прочие, даже коллективные, нарушения
воинской дисциплины. Как-то, проиграв пари
товарищу, я, влетев в казарму с бутылкой водки,
завёрнутой в газету, на вопрос командира перед

19

8. стоящей в строю ротой: «Что несёшь?» — может,
с испуга, ответил: «Водку». А получил вполне до-
стойный приказ — встать в строй без досмотра
содержимого, чему мы немало были удивлены.
  А вообще командир у нас был настоящий
офицер, отличный спортсмен, строевик и слово
своё офицерское держал всегда. Так, пообещал
выполнившим шестьдесят силовых движений на
перекладине зимний поощрительный отпуск на
первом курсе — и сдержал обещание, хотя смогли
этого добиться около тридцати процентов курсан-
тов, при нормативе 6 + 6 + 6, что значит шесть
раз подтягивание, шесть раз выход силой, шесть
раз подъём переворотом на перекладине. Сам же
он все силовые и гимнастические упражнения
выполнял с лёгкостью, а на кроссе или на лыжне
всегда был одним из первых. Было нам чему у него
поучиться. И таких командиров в армии немало.
  О курсантской жизни можно рассказывать
очень много, но вернусь вновь к «закону курятни-
ка», хотя и звучит это как-то, знаете ли, своеобраз-
но. И начну с описания самого простого способа
достижения цели — покупного.
  Скажите, кому в жизни не приходилось на-
блюдать, как встречают и провожают различные
проверки, комиссии, разного рода начальников?
Невольно хочется улыбнуться. Как же, как же. Вот
именно — как же!.. Это и разного рода застолья,
охота, рыбалка, культурный досуг, но и, конечно,
откупные презенты, подарки. Не без того: все
мы, конечно, люди, имеем слабости. Бытует это
и армии. Я не хочу об этом говорить как о чём-то
в общем и целом обязательном, обобщая всё, как

20

9. «под гребёнку». Нет, просто, скажем, приведу
единичный пример из жизни.
Служил в нашей роте мой однокашник, лейте-
нант Пересадов, на третьем году службы приняв-
ший отдельную радиолокационную роту, и уже
через два года поступил в командную академию,
хотя успехами в службе не выделялся. Но сумел в
своё время найти нужных людей и нужные каналы,
связи, средства. Да и было чем воспользоваться в
нашем богатом пушниной, рыбой, икрой, дичью
крае. Купить у промысловиков норку, соболя мож-
но было очень дёшево, порою даже за консервы,
патроны, ГСМ, тёплую одежду, чего в армии было
достаточно. Вовремя, без задержек, он получил и
очередное воинское звание. Я же смог получить
своего «старшего лейтенанта» только почти через
пять лет, а не по сроку — в три года. Уж очень мно-
го было претензий по службе у командования в то
время ко мне, как и ко многим из нас. Начав писать,
часто задумываюсь, читая свои сохранившиеся
наивные записи, вспоминаю о тех далёких сегодня
днях службы, событиях, товарищах, сослуживцах.
Скажем, говорить о том же старшем лейтенанте
Коле Бороздине как о беспробудном пьянице вряд
ли стоит. Это эрудированный человек, грамотный
технарь, способный быстро устранить любую неис-
правность, всегда без просьб, приказов готовый по-
мочь своим товарищам, бескорыстно, даже в ущерб
своему личному времени и отдыху. В общем, было
нам, молодым лейтенантам, чему у него поучиться.
Разжалованный в лейтенанты, восстановленный в
звании старшего лейтенанта, сосланный в самое
отдалённое подразделение полка, он никогда не


Вы здесь » Копилка идей и мыслей » Ветераны войск ПВО системы С- 200. » Размышления о службе ветерана войск ПВО Сергея Котельникова.


создать свой форум бесплатно